Библиотека в кармане -русские авторы


Бригадир Юрий - Тестировщик 2


ЮРИЙ БРИГАДИР
ХРОНИКИ ТЕСТИРОВЩИКА
– Автор предупреждает, что любые совпадения с реальными людьми и конторами абсолютно случайны, и его не волнует, что об этом они там себе думают.
Бригадир
– Это ты что сейчас сказал? Проще надо! Например, так… Хистори к реалу ебалом стоять не обязана!
Хрипатый
Пролог
Человек с детства мечтает жить честно. Другое дело, что это ни в пизду не удается – то одно не позволяет, то другое, то социализм мешает, то, опять же, капитализм. Для индивидуума что та хрень, что другая – ни в красную армию не подходит. Для общества в целом – да.

Подходит аж два раза. Аппарат насилия на любой основе. Потому как – быдло, плебс ебучий, и заодно – сраных крепостных надо организовывать. С точки зрения социального спокойствия это еще как правильно.

Еще желательно кормить и воспитывать. Чтобы он, скотина, не рыпался, не бродил, как брага, и не шел вместо горячо любимого завода на баррикады. Потому что с баррикад, если он туда попадет, не вернется точно.

А, пардон, работать – кто будет?
Работать, в таком случае, видимо не будет никто, а если кто и будет, то все одно – результаты глубокомысленного или там, тупого, труда отберут люди в черном. Жрать хотят все. И эти в черном – больше всех.
Так или иначе, в любом обществе ты есть шестерня, которая обязана крутиться в строго определенном направлении. Если бардака нет, то шестеренки, как в часах, например, в оконцовке показывают какоеникакое, а все ж таки – время. Механизм работает, Буре процветает.

Если бардак есть – а он чаще всего есть – отдельные шестеренки норовят установить новые оси вращения и завязать все на себя. Опосля чего главная пружина разворачивается как попало, и пиздюлей получают все. То есть – без разбору.

Чтобы такого говна не происходило, нужно либо смазывать всю эту хуйню маслом, либо ставить рядом надзирателя с револьвером и средне, мать его, специальным образованием. С точки зрения социума абсолютно неважно, от хорошей ли жизни будут вращаться шестеренки, или от страха.

Главное – болееменее правильное время на часах. Но вот с точки зрения индивидуума, такая ботва ничего общего не имеет с теми розовыми сказками, на которых этот самый индивидуум был воспитан.

И тогда от охуенно хорошей жизни он пишет книгу «Изжога дней моих здоровых», а от невъебенно плохой – «Йети подземелья». В первом случае хочется поменять шило на мыло, вовтором, однако, маломало пострелять, чисто для развлечения.
В этой связи частоколом встают самые перпендикулярные проблемы. Можно уйти в тайгу и жить там молитвами.
Но там, блядь, нет Интернета.
Можно устроить себе златые горы и реки, полные вина.
Но тогда, блядь, лучше не хвастаться своей тонкой нервной организацией. Гегемоны хуевы нипочем не поймут. В общем, нет в мире совершенства.
Но жить честно хочется. Хочется всем. Мне тоже. Я – ёбаный обыватель, каких миллиарды.

Я не хочу отнимать у слепой безногой девочки ее милостыню. Не хочу проламывать голову герою гражданской войны за кусок хлеба. Не хочу снимать с холодеющего трупа старухипроцентщицы чьито фамильные драгоценности. Я все это МОГУ делать. Но НЕ ХОЧУ.

Совесть тут не при чем. Мораль и, типа, нравственность – тоже. Мне же ж похуй, что скажут в этом занимательном случае другие, более правильные индивидуумы. И тем более похуй, какие обо мне, засранце, сложат панегирики и анекдоты в будущем.

Ибо, если я встаю на этот путь – то свет мне не нужен. Никогда. Никакой. Ни до, ни после смерти.

И как не ебло меня ни разу страдание другого существа, так и ебать не будет.