Библиотека в кармане -русские авторы


Васильев Борис - А Зори Здесь Тихие


А ЗОРИ ЗДЕСЬ ТИХИЕ…
БОРИС ВАСИЛЬЕВ
1
На 171-м разъезде уцелело двенадцать дворов, пожарный сарай да приземистый
длинный пакгауз, выстроенный в начале века из подогнанных валунов. В последнюю
бомбежку рухнула водонапорная башня, и поезда перестали здесь останавливаться,
Немцы прекратили налеты, но кружили над разъездом ежедневно, и командование на
всякий случай держало там две зенитные счетверенки.
Шел май 1942 года. На западе (в сырые ночи оттуда доносило тяжкий гул
артиллерии) обе стороны, на два метра врывшись в землю, окончательно завязли в
позиционной войне; на востоке немцы день и ночь бомбили канал и Мурманскую
дорогу; на севере шла ожесточенная борьба за морские пути; на юге продолжал
упорную борьбу блокированный Ленинград.
А здесь был курорт. От тишины и безделья солдаты млели, как в парной, а в
двенадцати дворах оставалось еще достаточно молодух и вдовушек, умевших добывать
самогон чуть ли не из комариного писка. Три дня солдаты отсыпались и
присматривались; на четвертый начинались чьи-то именины, и над разъездом уже не
выветривался липкий запах местного первача.
Комендант разъезда, хмурый старшина Васков, писал рапорты по команде. Когда
число их достигало десятка, начальство вкатывало Васкову очередной выговор и
сменяло опухший от веселья полувзвод. С неделю после этого комендант кое-как
обходился своими силами, а потом все повторялось сначала настолько точно, что
старшина в конце концов приладился переписывать прежние рапорты, меняя в них
лишь числа да фамилии.
– Чепушиной занимаетесь! – гремел прибывший по последним рапортам майор. –
Писанину развели! Не комендант, а писатель какой-то!..
– Шлите непьющих, – упрямо твердил Васков: он побаивался всякого
громогласного начальника, но талдычил свое, как пономарь. – Непьющих и это…
Чтоб, значит, насчет женского пола.
– Евнухов, что ли?
– Вам виднее, – осторожно говорил старшина.
– Ладно, Васков!… – распаляясь от собственной строгости, сказал майор. –
Будут тебе непьющие. И насчет женщин тоже будут как положено. Но гляди,
старшина, если ты и с ними не справишься…
– Так точно, – деревянно согласился комендант. Майор увез не выдержавших
искуса зенитчиков, на прощание еще раз пообещав Васкову, что пришлет таких,
которые от юбок и самогонки нос будут воротить живее, чем сам старшина. Однако
выполнить это обещание оказалось не просто, поскольку за три дня не прибыло ни
одного человека.
– Вопрос сложный, – пояснил старшина квартирной своей хозяйке Марии
Никифоровне. – Два отделения – это же почти что двадцать человек непьющих. Фронт
перетряси, и то – сомневаюсь…
Опасения его, однако, оказались необоснованными, так как уже утром хозяйка
сообщила, что зенитчики прибыли. В тоне ее звучало что-то вредное, но старшина
со сна не разобрался, а спросил о том, что тревожило:
– С командиром прибыли?
– Не похоже, Федот Евграфыч.
– Слава богу! – Старшина ревниво относился к своему комендантскому
положению. – Власть делить – это хуже нету.
– Погодите радоваться, – загадочно улыбалась хозяйка. – Радоваться после
войны будем, – резонно сказал Федот Евграфыч, надел фуражку и вышел.
И оторопел: перед домом стояли две шеренги сонных девчат. Старшина было
решил, что спросонок ему померещилось, поморгал, но гимнастерки на бойцах по-
прежнему бойко торчали в местах, солдатским уставом не предусмотренных, а из-под
пилоток нахально лезли кудри всех цветов и фасонов.
– Товарищ старшина, первое и второе отделения третьего взвода пятой роты
отдельного зенитн





    




Книжный магазин