Библиотека в кармане -русские авторы


Герасимов Сергей - Карнавал


СЕРГЕЙ ГЕРАСИМОВ
КАРНАВАЛ
Многоклеточные организмы — животные и растения, тело которых состоит из
многих клеток и их производных (различные виды межклеточного вещества). Клетки,
составляющие М. о., качественно неравноценны, дифференцированы и объединены в
комплексы — ткани, органы. М. о. возникли из одноклеточных организмов и в своем
индивидуальном развитии проходят одноклеточную стадию. Самые древние М. о.
известны с протерозоя.
1
Протерозой, 4 марта, 15-54.
«Давайте придумаем название этому явлению природы», подумала она, имея в
виду мартовский снег, требующий названия или хотя бы эпитета. Снег сползал с
неба уже третьи сутки без перерыва.
В 16-00 её рабочий день заканчивался, и в 15-54 Одноклеточная К.Н.,
положив на лопатки свою основательно утомленную совесть, вышла на порог. Жизнь
никогда не стоит на месте; обычно она переползает куда-то — медленно, как
виноградная улитка. Улитка ползет по листку, уверенная, что с ней ничего не
случится, а листок уже оторвался от стебля и падает в реку, и река несет его в
водоворот. Одноклеточная ещё не знала об этом.
Она вышла на порог; ветер обрадованно насыпал за воротник жменьку сухого
снега, будто сахар в кулек. Одноклеточная так и не успела придумать названия
этому явлению природы. Подразумеваемая дорога к остановке троллейбуса шла через
парк. Направление было намечено ниточкой следов (такой узкой, будто с утра
здесь проходили одни канатоходцы), нога, поставленная точно в след,
обязательно, но непредсказуемо, сползала вправо и влево, поэтому Одноклеточная
не раз замирала в очень балетных позах. К остановке она приблизилась после
получаса хореографических упражнений; дважды лживый троллейбус, мелькнув сразу
двумя номерами, проехал и не остановился. Ни один из номеров не водился в этих
местах.
А на остановке было ветрено и пустынно. Одноклеточная загрустила. Грусть,
грусть, грусть — постоянная, как сахар при диабете. Ее грусть не могли
поколебать даже ежедневные порции неприятностей разного свойства; неприятности
прилипали к грусти как-то сбоку, а грусть существовала сама по себе. То была
грусть несбывшейся мечты, грусть молодости, которая ещё не ушла, но уже
отвернулась, приготовившись уходить. С молодостью было ясно все, но в чем
состояла мечта, Одноклеточная не смогла бы объяснить.
Пустоту остановки скрашивал столб в бахроме объявлений, два зеленых
скелета скамеек, мерно покачивающийся колокол урны и крашеная блондинка с
распущенными волосами — у объявляющего столба. Одноклеточная застеснялась самое
себя и, чтобы рассеять стеснение, слегка прошлась. Став рядом с крашеной, она
прочла объявление: «Приглашаем на работу молодых эфективных девушек без
комплексов». Вот так — именно эфективных. Три одинаковых объявления и каждое —
с одной «ф». Крашеная, читавшая объявление, явно принадлежала к типу эфективных
девушек. Одноклеточная застеснялась ещё больше и снова прошлась. У скамеечных
скелетов она остановилась и попробовала представить, как выглядели когда-то ещё
живые скамейки. Оказалось, что выглядели они непригодными для сидения. Применяя
метод рассуждений реакционного Кювье, Одноклеточная определила, что скамейки
вымерли шесть лет назад (шесть слоев отвалившейся краски); она расчистила снег
рукавичкой, чтобы поставить сумку, но сумку ставить не стала. Крашеная оторвала
розовый телефончик и пыталась прочесть расплывшийся фломастер. Напрасно.
Войдя в троллейбус, Одноклеточная села и задумалась о чем-то
расплывчато-мечтательном. Была почти оттепе





    




Книжный магазин