Библиотека в кармане -русские авторы




Колбасьев Сергей Адамович - Джигит


Колбасьев Сергей Адамович
"Джигит"
Hoaxer: повести "Арсен Люпен", "Джигит" и "Река" составляют трилогию,
объединённую главным героем - Бахметьевым. Если представить С.А. Колбасьева
стоящим в Настоящем и освещаемым светом Будущего, то Бахметьев - тень Сергея
Адамовича Колбасьева, тянущаяся в Прошлое. Или из прошлого, тут уж как
посмотреть.
1
Самая лучшая служба, конечно, на миноносцах. Не очень спокойная и не
слишком легкая, особенно в военное время: из дозора в охранение и из охранения
в разведку; только пришел с моря, принял уголь, почистился - и пожалуйте
обратно ловить какую-нибудь неприятельскую подлодку или еще чем-нибудь
заниматься. Словом, сплошная возня с редкими перерывами на ремонт, когда тоже
дела хватает. И все же отличная служба. Совсем не такая, как на больших
кораблях, которые воюют, преимущественно оставаясь в гаванях, и от скуки
разводят всевозможную строевую службу и торжественность в казарменном стиле.
Стоит себе такая штука в двадцать пять тысяч тонн на якоре, согласно
диспозиции. С утра и до ночи проводит одни и те же учения и приборки, с
музыкой поднимает флаг и с музыкой его спускает, на одном и том же месте
разворачивается по ветру, от времени до времени малость дымит и больше ничего
не делает.
Начальства много больше, чем хотелось бы, и команды столько, что даже лиц
не запомнишь. В помещениях можно заблудиться, а в каютах нет иллюминаторов, и
круглые сутки гудит вытяжная вентиляция. Не видишь ни моря, ни берега, а
только свою стальную коробку, и вся работа молодому мичману - вахтенным
офицером стоять на баке, следить за тем, в какую сторону смотрит якорный
канат.
Нет, служить надо на миноносце. Будь ты хоть самого последнего выпуска, на
походе ты стоишь самостоятельным вахтенным начальником, а в кают-компании
чувствуешь себя человеком. Конечно, выматываешься до последней степени, зато
учишься делу, а в свободные часы живешь просто и весело.
Так весной 1917 года думал только что выпущенный из корпуса мичман Василий
Андреевич Бахметьев. Так, помнится, думал в те времена и я, служил на малых
кораблях и был вполне счастлив.
Не менее счастлив был и Бахметьев. В кармане у него лежало предписание:
явиться на эскадренный миноносец "Джигит". День стоял ясный и теплый, и было
отлична с чемоданом в ногах ехать на автомобиле по чистеньким улицам
Гельсингфорса в новенькой, аккуратно пригнанной офицерской форме.
Л то, что вместо привычных погон были нарукавные нашивки, особого значения
не имело. Даже было красиво. Совсем как в английском флоте. И вообще о погонах
жалеть не приходилось. Заодно со всем прочим они были сметены революцией, и от
этого могло стать только лучше. Слишком уж неладен был старый порядок. Вернее
- беспорядок.
Правда, новая эра началась страшновато и пока что выглядела тоже не
слишком благополучно, однако иначе и быть не могло. Произошел взрыв, а взрыв
всегда бывает страшным. Но, конечно, со временем все утрясется, и тогда
обновленная страна победит в войне с Германией, и дальше пойдет великолепная
жизнь.
Из всех этих рассуждений Бахметьева, по-моему, с полной очевидностью
явствует, что ему было всего лишь двадцать лет, что он был опьянен весенним
воздухом и своим чудесным превращением из воспитанника Морского корпуса в
офицера российского флота и что в тонкостях морской службы он разбирался
несравненно лучше, чем в политике.
Впрочем, должен отметить, что большинство его сверстников по выпуску, и
даже старших его товарищей офицеров, было еще наивнее. О