Библиотека в кармане -русские авторы




Колодный Лев - Сквозь Синие Очки


Лев Колодный
Цикл "Ленин без грима"
Сквозь синие очки
...В начале весны 1906 года поезд опять доставил жившего по подложному
паспорту вождя из Питера в Москву.
На вокзале его никто не встречал. Ильич из конспиративных соображений
никого не уведомил о приезде. С Каланчевской площади направился на квартиру
в Большой Козихинский переулок (ныне улица Остужева) вблизи Тверской, где
жил учитель городского училища на Арбате Иван Иванович Скворцов, большевик,
член так называемой литературно - лекторской группы при МК РСДРП. Через
него намеревался связаться с руководством глубоко ушедшего в подполье
Московского комитета, зализывавшего раны после катастрофы в декабре 1905
года.
Хозяин квартиры СкворцовСтепанов, будущий редактор газеты "Известия",
несколько раз принимал дорогого гостя, который просил подробных рассказов
все о том же подавленном московском восстании. Поселили вождя на квартире
врача, некоего "Л", фамилию, его так и не удалось установить, несмотря на
усилия следопытов, изучавших жизнь Ленина в Москве. В те мартовские дни
1906 года. заночевал он однажды на Большой Бронной, в доме 5, на квартире
артиста Малого театра Н, М. Падарина. Охранке не могло прийти в голову, что
в хоромах артиста императорского театра привечают революционера, больше
всех повинного в той кровавой драме, что разыгралась на улицах Москвы.
Как вспоминал о тех днях Скворцов - Степанов: "С жгучим вниманием
относился Владимир Ильич ко всему, связанному с московским восстанием. Мне
кажется, я еще вижу, как сияли его глаза и все лицо освещалось радостной
улыбкой, когда я рассказывал ему, что в Москве ни у кого, и прежде всего у
рабочих, нет чувства подавленности, а скорее наоборот... От повторения
вооруженного восстания нет оснований отказываться".
Тысяча с лишним убитых студентов, рабочих, женщин, детей, множество
раненых: похороны, стенанья родственников покойных, свежие могилы. И лицо,
озарявшееся улыбкой!
В те дни посетил Ильич давнего знакомого врача Мицкевича, бывшего члена
"шестерки" студентов, которые в конце XIX века организовали группу, от
которой пошла история Московской партийной организации, увлекшей народ на
баррикады.
Жена Мицкевича, принимавшая гостя, также засвидетельствовала, что он был
полон оптимизма, предостерегал товарищей, чтобы они не впадали в уныние,
доказывал, что наступило временное вынужденное затишье перед новыми боями.
Московские партийцы сделали все возможное, чтобы в "красной Москве" вождь
не провалился, не был арестован. По-видимому, больше одной ночи он ни у
кого из тех, кто предоставлял кров, не ночевал. чтобы не попасть в поле
зрения дворников и полиции. В те дни Ленин все еще верил, что партии
удастся вызвать всплеск еще одной мощной революционной волны. Ильич
ошибочно полагал, что она снова в том же году должна была высоко подняться.
В Девятинском переулке прошла конспиративная встреча главного теоретика
большевизма с боевиками и членами так называемого военно - технического
бюро, то есть практиками. Одни из них предпочитали оборонительную тактику
восстания, другие - наступательную. Вождь внимательно слушал обе стороны,
и, естественно, поддержал сторонников активных действий.
"Декабрь подтвердил наглядно, - писал Ленин в статье "Уроки Московского
восстания", - еще одно глубокое и забытое оппортунистами положение Маркса,
писавшего, что восстание есть искусство и что главное правило этого
искусства - отчаянно - смелое, бесповоротно - решительное наступление".
Судя по дошедшим до н