Библиотека в кармане -русские авторы


Куприн Александр - Ханжушка


Куприн Александр
"Ханжушка"
Таким насмешливым прозванием окрестили в Киеве профессиональных богомолок,
созданных молитвенными потребностями города, на всю Россию славящегося своими
монастырями и святынями. Эти особы служат посредницами и проводницами между
наиболее популярными отцами и схимниками, с одной стороны, и чающей благодати
публикой с другой. Они заменяют для прибывших откуда-нибудь из Перми или
Архангельска купцов-богомольцев самые полные путеводители, являясь неутомимыми
и словоохотливыми гидами, имеющими везде знакомство или лазейку.
В монастырях их терпят, отчасти как необходимое зло, отчасти как ходячую
рекламу, а отец-эконом нередко "благословляет" их то медком, то
свежеиспеченным хлебцем, то осетровой соляночкой. Впрочем, молодой монах, не
усвоивший еще в достаточной степени внешнюю степенность "ангельского чина",
никогда не утратит случая, увидев ханжушку, обозвать ее "мокрохвосткой" и
"дармоедкой".
Они, конечно, безукоризненно знают все престолы и праздники и особенно
торжественные служения. Им известны дни и часы приемов у святых отцов,
отличающихся либо наиболее строгой жизнью, либо даром провидения, либо уменьем
видеть человека "наскрозь" при исповеди, либо еще какими-нибудь особенностями
и странностями. Впрочем, у каждой есть свой излюбленный отец, которого она
"обожает" предпочтительно перед прочими, состоя при нем, так сказать, личным
адъютантом. За "своего" она готова перегрызть конкурентке горло, если только у
них зайдет спор о сравнительных достоинствах двух отцов.
Есть две разновидности этого типа: "ханжушка-постница" и
"ханжушка-лакомка". Первая высока, необыкновенно костлява и всегда как будто
бы наклонена вперед; лицо у нее зеленое, длинное и хищное, с длинным щурьим
носом и квадратною нижнею челюстью. Она строго блюдет среду и пятницу, когда
не вкушает вина, не ест зайца, который по достоверным сведениям был в числе
"семи пар нечистых", а видом напоминает дикую кошку, двадцать девятого августа
отказывается от арбуза, потому что он, разрезанный пополам, напоминает
"усекновенную главу" и так далее. Если благодетели по ошибке или незнанию
предложат ей отведать что-нибудь из "запрещенного", она тотчас же изображает и
лицом, и жестами, и голосом такой нечеловеческий испуг и такое обиженное
негодование, что самим благодетелям становится жутко.
Ханжушка-лакомка мала ростом, кругла и жирна, как хорошо откормленный в
мясной лавке кот. Она вся проникнута добродетелями и набожными чувствами, и
даже ее лицо, на котором едва видны щелочки глаз, светится маслянистым
глянцем. Она, в противность ханжушке-постнице, не откажется ни от рюмки доброй
старой вишневки, ни от чашки "кофию", если только угощение следует от солидной
и "стоящей" компании. К закату дней своих она непременно приобретет где-нибудь
на Шулявке или на Приорке маленький, дикой краски, домик в три окна, где
желанным гостем бывает здоровенный монах в франтовской рясе.
Во всем остальном обе разновидности поразительно похожи. Во-первых, обе
говорят необыкновенно быстрым полушепотом, причем произносят слова не только
из себя, но и в себя, то есть одновременно и произнося слова и вдыхая воздух,
отчего получается впечатление беспрестанного, монотонного журчания..
Во-вторых, и та и другая косноязычат, картавят или пришепетывают, потому что
так выходит и трогательнее и жальче.
Даже и костюм они носят одинаковый, полупоношенный черное платье и черный
платочек с бахромой на голове.
Друг к другу ханжушки относятся нет