Библиотека в кармане -русские авторы



                

Лесков Николай Семенович - Леди Макбет Мценского Уезда


Н.С.Лесков
Леди Макбет Мценского уезда
Очерк
"Первую песенку зардевшись спеть."
Поговорка
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Иной раз в наших местах задаются такие характеры, что, как бы много лет
ни прошло со встречи с ними, о некоторых из них никогда не вспомнишь без
душевного трепета. К числу таких характеров принадлежит купеческая жена
Катерина Львовна Измайлова, разыгравшая некогда страшную драму, после
которой наши дворяне, с чьего-то легкого слова, стали звать ее леди Макбет
Мценского уезда.
Катерина Львовна не родилась красавицей, но была по наружности женщина
очень приятная. Ей от роду шел всего двадцать четвертый год; росту она была
невысокого, но стройная, шея точно из мрамора выточенная, плечи круглые,
грудь крепкая, носик прямой, тоненький, глаза черные, живые, белый высокий
лоб и черные, аж досиня черные волосы. Выдали ее замуж за нашего купца
Измайлова с Тускари из Курской губернии, не по любви или какому влечению, а
так, потому что Измайлов к ней присватался, а она была девушка бедная, и
перебирать женихами ей не приходилось. Дом Измайловых в нашем городе был не
последний: торговали они крупчаткою, держали в уезде большую мельницу в
аренде, имели доходный сад под городом и в городе дом хороший. Вообще купцы
были зажиточные. Семья у них к тому же была совсем небольшая: свекор Борис
Тимофеич Измайлов, человек уже лет под восемьдесят, давно вдовый; сын его
Зиновий Борисыч, муж Катерины Львовны, человек тоже лет пятидесяти с лишком,
да сама Катерина Львовна, и только всего. Детей у Катерины Львовны, пятый
год, как она вышла за Зиновия Борисыча, не было. У Зиновия Борисыча не было
детей и от первой жены, с которою он прожил лет двадцать, прежде чем овдовел
и женился на Катерине Львовне. Думал он и надеялся, что даст ему бог хоть от
второго брака наследника купеческому имени и капиталу; но опять ему в этом и
с Катериной Львовной не посчастливилось.
Бездетность эта очень много огорчала Зиновия Борисыча, и не то что
одного Зиновия Борисыча, а и старика Бориса Тимофеича, да даже и самое
Катерину Львовну это очень печалило. Раз, что скука непомерная в запертом
купеческом терему с высоким забором и спущенными цепными собаками не раз
наводила на молодую купчиху тоску, доходящую до одури, и она рада бы, бог
весть как рада бы она была понянчиться с деточкой; а другое и попреки ей
надоели: "Чего шла да зачем шла замуж; зачем завязала человеку судьбу,
неродица", словно и в самом деле она преступление какое сделала и перед
мужем, и перед свекром, и перед всем их честным родом купеческим.
При всем довольстве и добре житье Катерины Львовны в свекровом доме
было самое скучное. В гости она езжала мало, да и то если и поедет она с
мужем по своему купечеству, так тоже не на радость. Народ все строгий:
наблюдают, как она сядет, да как пройдет, как встанет; а у Катерины Львовны
характер был пылкий, и, живя девушкой в бедности, она привыкла к простоте и
свободе: пробежать бы с ведрами на реку да покупаться бы в рубашке под
пристанью или обсыпать через калитку прохожего молодца подсолнечною лузгою;
а тут все иначе. Встанут свекор с мужем ранехонько, напьются в шесть часов
утра чаю, да и по своим делам, а она одна слоняет слоны из комнаты в
комнату. Везде чисто, везде тихо и пусто, лампады сияют перед образами, а
нигде по дому ни звука живого, ни голоса человеческого.
Походит, походит Катерина Львовна по пустым комнатам, начнет зевать со
скуки и полезет по лесенке в свою супружескую опочивальню, устроенную на
высоком