Библиотека в кармане -русские авторы


Малов Владимир Игоревич - Форпост


Владимир Малов
Форпост
Форпост (косм.), вошедшее в обиход название
стандартной исследовательской станции на
неизвестной прежде планете. Как правило, на
таких станциях исследователи-разведчики
работают, сменяя друг друга.
Из энциклопедии 2199 года
1
Лицо у Степанова было виноватым, и это выражение мало вязалось с его
мощной фигурой, Степанов был без форменного кителя, от чувства своей вины
он даже немного сгорбился, а Маккиш, одетый по форме, стоял напротив и
старался догадаться, что это может значить. Наконец он решил протянуть
командиру руку помощи и, стараясь, чтобы голос прозвучал возможно суше,
сказал:
- Так от недели отдыха мне предстоит отказаться?
Степанов шумно вздохнул и задвигался за столом. У Маккиша промелькнуло
сравнение: задвигался не человек, а ожила гора мышц. Или вулкан мышц, это,
пожалуй, точнее. И вот сейчас то, что еще не высказывалось, выплеснется
наружу. Произойдет извержение. Правда, спокойное, потому что командир был
спокойным человеком.
- Ты говори, не стесняйся, - сказал Маккиш. - Я угадал?
Лицо Степанова перестало быть виноватым. Раз все было угадано, и
угадано верно, можно было переходить к делу. В конце концов, он был вправе
и приказать... Но как он мог приказывать Маккишу?
- Угадал, - хмуро ответил Степанов. - Ты что не садишься?
Маккиш пожал плечами и сел в тяжелое, массивное кресло, которое
казалось совсем неуместным в каюте звездолета, но командир любил старину.
Даже стол его украшала старинная лампа из фарфора, мало вязавшаяся со
стоящей тут же тонкой моделью "Астролябии".
- Я думал, разговор будет коротким, - ответил Маккиш, стараясь, чтобы
голос оставался сухим. - Мне ведь предстоит отправиться на Лигейю, так?
Степанов выпрямился и кивнул.
Маккиш помолчал, припоминая последние передачи с Лигейи. С Данилевским,
дежурившим там, начинало происходить что-то неладное, и это все знали.
Причиной, видимо, было переутомление, каким-то чудом укрывшееся от врачей.
Дежурного надо было срочно менять.
- Десять минут назад, - сказал Степанов, - Данилевский попросил его
заменить. Ты понимаешь, что, когда об этом просят, значит, из ряда вон...
А недельный отпуск прибавишь к следующему отдыху.
- И проведу в каюте размером два метра на три не одну неделю, а целых
две, - ответил Маккиш с улыбкой. - Вот тогда я и начну писать мемуары.
Отправная точка - наша с тобой первая экспедиция, когда ты тоже еще был
разведчиком.
Он встал, пожал руку, которую протянул командир, и направился к выходу.
Степанов за его спиной молчал. Молчал так, как будто он сказал не все, но
сейчас скажет. Маккиш обернулся.
- Володя, - сказал Степанов и встал. - Это, может быть, и не так, но
что-то говорит мне: дело здесь не в самочувствии Данилевского. Что-то мне
говорит, что там, на Лигейе...
- Да, тебе что-то говорит? - переспросил Маккиш. - Какие-то особые
условия? Что-то странным образом действующее на психику и вызывающее
симптомы, что наблюдаются у Данилевского? Так?
Степанов кивнул.
- Такого, правда, еще нигде не было, но ты же знаешь: ко всему надо
быть готовым. Я не допускаю, чтобы врач мог прохлопать переутомление в
такой степени.
Маккиш усмехнулся.
- Что ж, благодарю за доверие.
- Удачи тебе! - сказал Степанов. - Но если там что-то не так, прошу, не
считай для себя зазорным немедленно вернуться.
Маккиш знал: если на Лигейе в самом деле имеют, место какие-то особые
условия, что-то такое, что выходит за пределы накопленного пока опыта, он
не вернется, пока не выяснит, в чем там де