Библиотека в кармане -русские авторы


Малышев Эрнст - Необычное Интервью


Эрнст Малышев
Необычное интервью
Шутка
Эта необыкновенная история случилась со мной несколько месяцев назад.
На днях поделился ею с редактором, но он, вопреки здравому смыслу, горячо
порекомендовал мне обратиться к его знакомому психиатру, лицу довольно
известному, часто выступающему с консультациями в нашей газете. Когда я
пришел по адресу, указанному в визитной карточке, то был весьма удивлен
неожиданно теплой встречей.
Доктор назвал меня по имени и отчеству, - видимо, редактор уже успел
позвонить ему, - провел в свой кабинет, вежливо усадил за столик с двумя
глубокими креслами и куда-то позвонил.
Пока он настойчиво расспрашивал, не было ли у меня в роду
душевнобольных, вошла молодая сестра в коротком, выше колен, белоснежном
накрахмаленном халате с двумя ароматными чашечками кофе. Пока я с
удовольствием разглядывал ее стройные загорелые ножки, в дверях встали два
дюжих санитара и, скрестив руки на груди, грозно поглядывали в мою сторону.
Сестра вышла. Доктор, повертев у меня перед глазами молоточком, сделал
два круговых движения руками. Затем по очереди оттянул пальцами хижине веки
обоих глаз, поочередно заглядывая в каждый в тщетной надежде что-либо там
увидеть и, удовлетворенно потерев руки, произнес:
- Что же, теперь я готов выслушать историю этого, как вы называете
"необычного интервью".
Я недоуменно пожал плечами, глядя на эти странные приготовления, и
подробно рассказал доктору о встрече с одним изобретателем.
Летом по заданию редакции я выехал в Харьков, откуда пришла жалоба на
местных руководителей, якобы не желающих внедрить в производство
"изобретение века".
Когда я позвонил в дверь по указанному на конверте адресу, мне открыл
бодрый старик лет семидесяти пяти в черной академической шапочке и шлепанцах
на босу ногу. Приоткрыв на цепочке входную дверь, он почему-то шепотом
спросил - кто я и откуда. Я, естественно, тоже шепотом, ответил, что из
газеты и протянул свое удостоверение. Старик долго изучал его, то и дело
вглядываясь в меня и сличая фотографию с оригиналом, затем вернул его
обратно.
Цепочка щелкнула; меня впустили в темную, заставленную шкафами с
книгами прихожую и провели в комнату; больше напоминающую лабораторию
средневековых алхимиков, чем жилище современного человека. Повсюду стояли
реторты и мензурки. На столе высилось нагромождение стеклянных пробирок,
колбочек, соединенных между собой змеевидно изогнутыми трубками и опутанными
разноцветными проводами. Все это сооружение кипело, булькало, издавало
непонятные звуки и стоны.
- Вот, - сказал старичок, указывая па стол, -- вот мое изобретение.
- Что это? - удивился я, глядя на стеклянно-резиновый хаос.
- Ну, что вы, отнюдь нет, это, так сказать, мое предприятие, а
производная вот, - и протянул мне на ладони малиновый маленький шарик.
- Видите эту пилюлю? Она стоит, по крайней мере, двух Нобелевских
премий. А мне никто не верит. До сих пор никто не собирается налаживать
производство этого беспрецедентного в истории средства.
- Какого средства, отчего? - я с недоумением уставился на старика.
- Как, разве вы не по моему письму?
- По вашему.
- Но вы хоть прочитали его?
- Прочел, но ничего не понял.
- Видите, вот видите! - обрадованно засуетился старик, - Все буквально
все мне отвечают одно и ;те же. И никто, никто не удосужился проверить.
- В чем все-таки дело? Объясните, наконец, - потеряв терпение, я
повысил голос. - Давайте скорее, у меня в кармане обратный билет на
восемнадцать тридцать.
- Ах так, уже об