Библиотека в кармане -русские авторы


Мамедгулузаде Джалил - Пустохлыст


Джалил Мамедгулузаде
ПУСТОХЛЫСТ
В половине четвертого пополудни я возвращался домой. Очень устал и был
голоден. Я уже подходил к дому, когда шагнул мне навстречу какой-то человек,
поздоровался и взял меня за правую руку.
- Дядя Молла, наверно, не узнаешь меня? И вправду я не узнал его. Стал
всматриваться, не зная, что сказать.
- Ишь ты! Как это не узнаешь! Я же твой земляк. Раз-ве ты не знаешь
Гаджи-Новрузагу? Так я племянник его, сын брата Гаджи-Новрузаги. Своего
земляка не узнаешь?
- Извини, - говорю, - ей-богу, не узнал.
- Как же? - продолжал незнакомец, повысив голос. - Ты не знаешь
Гаджи-Новрузагу из квартала Кала? Сам ты сколько раз бегал к нам в детстве. Мы
же с тобой росли в од-ном квартале!
-Ей-богу, голубчик, не узнал сразу, - стал извиняться я.- Но раз ты
говоришь, что мы росли в одном квартале, пусть будет так. Ладно. Милости
прошу, зайдем к нам, будь гостем'
Однако мой новый земляк схватил меня за вторую руку.
- Нет, братец, я к вам не пойду. Сперва ты должен пожа-ловать к нам, а
потом уж я приду к вам. Клянусь твоим здоровьем, иначе не пойду. До нашего
дома рукой подать.
И он стал тянуть меня за обе руки.
- Спасибо, спасибо! - сказал я. - Премного благодарен, но сейчас я никак
не могу, очень устал Бог даст, в другое время обязательно приду.
Услышав эти слова, земляк мой заволновался:
- Клянусь твоей жизнью, не отпущу! Ты должен пойти к нам. Сейчас самовар
дома кипит. Клянусь твоей жизнью, ты должен пойти со мной. И Гасымага у нас, и
Мирза-Абас у нас. Я оставил их дома и пришел за тобой. Они очень хотят тебя
видеть. Сказали, без Моллы не возвращайся.
Я не знал, кто такой Гасымага, не знал, что это за Мирза-Абас. Но если бы
я заикнулся об этом, то мой друг принялся бы тут же рассказывать длинные
истории об их отцах и дядях. Кое-как я вырвал руки из рук моего земляка и
юркнул в свой подъезд, только повернул голову и извинился. Поднимаясь по
лестнице, я слышал громкий голос моего приятеля, но слов не мог разобрать...
Поднялся к себе и сел обедать. Расставляя тарелки, ма-ленькая моя дочка
сказала, что кто-то приходил звать меня в гости. Я ничего не ответил (рот был
занят). Ставя на стол со-лонку, дочка добавила:
- Приходивший говорил, что его зовут Гурбангулу-бек и что он племянник
Новрузаги. Говорил, что Молла-Насреддин его земляк. Он поджидал тебя на улице.
Вот и сейчас он про-хаживается по мостовой...
Вечером, когда я пил чай, кто-то позвал меня с улицы. Я поднял голову,
выглянул в окно и увидел Гурбангулу-бека, который, вытянув шею и
подбоченившись, не сводил глаз с на-шего окна.
Я отозвался.
- Салам-алейкум, дядя Молла! Пожалуй к нам на стакан-чик чаю!..
- Бек, у нас чай уже на столе, - ответил я. - Пожалуй к нам ты сам! - и
послал мальчика отпереть подъезд.
- Дядя Молла, клянусь твоей дорогой жизнью, не приду! Пока ты первым не
пожалуешь к нам, я к вам не приду.
Я повторил свое предложение, но по поведению моего но-воявленного друга
понял, что он ни за что к нам не зайдет. Я надел шапку и спустился на улицу,
но, как ни настаивал мой земляк, я не смог пойти к ним и извинился.
И все-таки мой друг успел изрядно меня утомить, потому что в течение пяти
минут выпалил, может быть, тысячу пятьсот слов. Начал он с того же, что он сын
брата Новрузаги, что дя-дю его назначили командиром конницы, а его самого
губернатор взял к себе старшим секретарем, что старший брат его Халилага стал
начальником телеграфа, а младший, Мамед-Гасанбек, - офицером, что из Эривани
приехал Мешади-Д





    




Книжный магазин