Библиотека в кармане -русские авторы


Шахов Андрей - Как Привыкнуть К Рождеству


Андрей Шахов
Как привыкнуть к Рождеству?
Как это чаще всего и бывало, Юрий Антонович и Илга Дайнисовна пришли
первыми. Правда, на сей раз без сына - Артур обещал подойти попозже.
Зинаида Антоновна усадила гостей перед телевизором и занялась
последними приготовлениями на кухне.
Минут десять Юрий Антонович с интересом смотрел русский выпуск
"Актуальной камеры", потом протяжно, краснея от натуги, самозабвенно зевнул,
под конец зевка сдавленно храпанул и, сомнамбулически покачиваясь, произнес:
- Я понимаю, когда мы тряслись за Артура, пока он был в армии... Слава
Богу, всего полгода. Но теперь... - он раздосадовано махнул рукой, пригладил
остатки волос на макушке и вновь уставился на телеэкран.
Илга Дайнисовна бросила на мужа удивленный взгляд, покосилась на
распахнутую дверь и тихо протянула:
- Зато зарабатывает куда больше нас с тобой, вместе взятых.
Она прекрасно понимала, что провоцирует супруга на спор, но промолчать
все же не смогла - заработками сына она гордилась.
- Разве можно назвать эти поганые деньги заработками? - возмутился Юрий
Антонович.
Спорили супруги постоянно и по любому поводу. Все без малого двадцать
три года совместной жизни. Хотя на первый взгляд были созданы для идеальных
отношений - как два разнополюсных магнита.
Юрий Антонович в свои пятьдесят девять, несмотря на сияющую лысину,
держался молодцом - обладал на удивление свежим, розовощеким лицом и каждым
жестом, нарочито напористой речью подчеркивал свою крепость и энергичность.
И в одежде придерживался пусть и старомодного, но вполне определенного
вкуса.
Илга Дайнисовна, наоборот, одевалась очень неряшливо и производила
впечатление чуть ли не древней старухи. Казалось, в ее сером лице отражалась
мука от десятка жестоких болезней. Если супруг постоянно что-то читал,
слушал радио или смотрел телевизор, сама она гордилась тем, что не прочла за
всю жизнь ни одной книги: "Не хватало еще всяким враньем голову забивать!"
При всем этом оба они обладали одной ярко выраженной чертой, сильно
подмывающей их кажущуюся взаимодополняемость. Даже двумя - прямо-таки
ослиным упрямством и полным пренебрежением к чьему бы то ни было мнению. Так
что сатана, вроде бы, одна - да не та!
- Плевала я на то, как эти деньги называются, - тихо, но твердо заявила
Илга Дайнисовна. - Раз уж честным путем заработать не дают, пусть хоть так,
- и с грустью вздохнула. - Это мы с тобой привыкли жить на наши крохи, а
молодым хочется большего.
Юрий Антонович мгновенно покраснел и в изумлении уставился на жену:
- Раз многого охота, так и в бандюги можно?
- Тише ты! - испугалась супруга и вновь глянула на дверь.
Юрий Антонович проследил за ее взглядом, пожал плечами и, отворачиваясь
обратно к экрану телевизора, пробормотал:
- Можно подумать, никто и не догадывается.
И подумал: "Какая странная настала жизнь. Мы знаем, что наш сын -
бандит, но не падаем от этого в обморок. Мать им чуть ли не гордится. Еще
бы: парню нет и двадцати трех, а имеет уже больше, чем его родители! Эх,
попади он в годы моей молодости..."
Трудно сказать, за что наказал Господь двух братьев и двух сестер
Григорьевых, но родились они в колхозе. Да еще и в беднейшем на сотню верст
вокруг.
Родители, околхозенные, чудом пережившие Великий мор начала тридцатых,
сохранили с тех пор одно-единственное, пронзительное желание выжить. С
рассвета до заката они тупо горбатились на едва плодоносящих колхозных
полях, тускло смотрели, как с пятнадцати лет не трезвеющий бригадир вносит
на их сч





    




Книжный магазин